Венгрия вводит налог на богатство

Правительство Венгрии анонсировало введение ежегодного налога на богатство в размере 1% на активы стоимостью более 1 миллиарда форинтов (примерно 2,5 млн евро). По расчётам, новый налог затронет около 6400 человек, владеющих бизнес-активами, а с учётом недвижимости и финансовых вложений — до 10 000 человек. Потенциальные поступления в бюджет оцениваются в диапазоне от 100 до 600 млрд форинтов в год.

Министр финансов Андраш Карман ещё в мае, на парламентских слушаниях перед назначением, сообщил, что в налоговую базу планируется включить:

• недвижимость (включая зарубежную)
• доли в компаниях
• ценные бумаги
• предметы роскоши высокой стоимости

Государственный секретарь по налогам Атилла Кёвешди подтвердил, что налог будет ежегодным и повторяющимся, а ставка 1% применяется к сумме, превышающей порог в 1 млрд форинтов. Детальные правила — методы оценки, возможность вычета долгов, освобождение единственного жилья — пока не опубликованы.

Кто попадёт под налог

Ассоциация Joint Venture Szövetség (JVSZ), объединяющая через корпоративные группы около 1000 компаний (более трети ВВП страны), провела собственный расчёт на базе данных Opten.

Председатель JVSZ Хайналька Чорбаи (одновременно стратегический директор Opten) привела следующие цифры:

• Около 6400 человек владеют бизнес-активами на сумму не менее 1 млрд форинтов; совокупная стоимость этих компаний — 30 000 млрд форинтов
• Около 5400 человек находятся в диапазоне от 1 до 5 млрд форинтов — но им принадлежит лишь треть совокупной стоимости
• Около 1000 человек владеют активами свыше 5 млрд форинтов — и именно они контролируют две трети всего корпоративного богатства

Оценка компаний производилась по наибольшему из двух показателей: балансовая стоимость собственного капитала или пятикратная прибыль (консервативный рыночный мультипликатор).

Сколько получит бюджет

По расчётам JVSZ, 1% с корпоративных активов даст около 300 млрд форинтов, ещё столько же — с недвижимости и финансовых инвестиций. Итого — до 600 млрд форинтов (около 1,5 млрд евро).

Однако фонд Harmonikus Növekedésért Alapítvány (HNA) во главе с экономистом Ласло Дьёрдем даёт более скромный прогноз: реальные поступления составят 100–180 млрд форинтов, а расходы на администрирование системы могут поглотить до 15% собранных средств.

В расчёт JVSZ не вошли трасты, частные фонды и капитальные фонды — их круг владельцев неизвестен. При этом председатель подчёркивает: косвенно налог затронет гораздо больше людей, поскольку владельцы компаний — работодатели, а в подконтрольных им МСП занято более миллиона человек.

Главные риски — конкуренция и отток капитала

JVSZ не требует отменить налог — намерение правительства очевидно. Ассоциация предупреждает о трёх системных рисках.

Искажение конкуренции. Если у венгерского владельца есть компания, недвижимость и инвестиции равной стоимости, ему придётся зарабатывать на 10% больше прибыли, чем иностранному конкуренту, чтобы «остаться при своих». При существующей низкой эффективности венгерских компаний это серьёзное отставание.

Уход с биржи. Для публичных компаний рыночная стоимость обычно выше балансовой — значит, при оценке по биржевой стоимости владелец заплатит больше. Это создаёт стимул к делистингу.

Вывоз капитала. Особенно остро это проявляется на фоне смены поколений: если основатель и так думает о продаже бизнеса, налог может подтолкнуть его продать компанию и вывести деньги за рубеж. При этом зарубежные активы декларируются только добровольно — Чорбаи сомневается, что венгерские состояния в Дубае будут задекларированы в полном объёме.

«Те, кто остался здесь, работает и создаёт прибыль, — именно они и получат удар кнутом», — так описывает председатель JVSZ ощущение несправедливости у предпринимателей.

Дополнительный риск — дробление компаний между членами семьи (вплоть до 30 частей), что ухудшит прозрачность структуры собственности.

Мировой опыт: налог на богатство уходит

В странах OECD 12 государств когда-то применяли налог на чистое богатство. Сегодня осталось четыре: Норвегия, Испания, Швейцария и Колумбия. Причины отказа везде одинаковы: высокие административные издержки, низкая эффективность, споры об оценке и бегство капитала.

Норвежский пример особенно показателен: из-за низкого порога налог платят около 12% населения. После повышения ставок в 2021–2022 годах 82 состоятельных налогоплательщика покинули страну за два года, вывезя в общей сложности около 4,3 млрд долларов чистого богатства.

HNA в своём августовском исследовании приходит к тому же выводу: налог на богатство либо реально затрагивает только верхушку — и тогда приносит мало, либо приносит много — но тогда бьёт по верхнему среднему классу. Например, семья врачей с высоким доходом, несколькими объектами недвижимости и инвестициями легко достигает порога в 1 млрд форинтов.

Что предлагает бизнес

JVSZ предлагает разрешить вычитать из налога суммы, направленные на реинвестирование: капитальные вложения, повышение квалификации сотрудников, НИОКР или поддержку общественных проектов. По мнению Чорбаи, это можно довести до логического конца — государство может вообще не получить дохода, но экономика вырастет без дополнительных расходов.

Пример: владелец компании стоимостью 10 млрд форинтов с годовой прибылью 1 млрд должен ежегодно реинвестировать 100 млн форинтов — по оценке JVSZ, вполне реальная сумма.

Потребность в инвестициях велика: их уровень в Венгрии годами низок, а выручка на одного занятого в местных средних компаниях — ровно половина среднего показателя по ЕС.

HNA предлагает добровольную программу: состоятельные люди покрывают 75% стоимости заранее оценённых общественно значимых проектов (детские сады, больничные отделения, стипендии), остальное добавляет государство или муниципалитет.

Экономист Ласло Дьёрдь формулирует главный тезис так:

«Местные богатые важны для создания стоимости. Налогом нужно облагать не богатство, а спекуляцию, а созидание — стимулировать».

Макроэкономические последствия

JVSZ ссылается на международные модели, которые предсказывают снижение ВВП из-за налога на богатство. Модель Кобба — Дугласа даёт падение на 0,1–0,2% в год, что за 20 лет составит 2,5–3%. Расчёты для Германии показывают спад на 0,33% в год, в долгосрочной перспективе — на 5%, а инвестиции — на 10% меньше. Одна из причин: у кого нет свободных денег на налог, тот вычитает их из развития.

Если цель — бюджетные поступления, JVSZ предлагает рассмотреть корректировку налога на прибыль, НДФЛ или налога на дивиденды — предприниматели воспримут это легче.

Госсекретарь Кёвешди на конференции GKI 2030 заявил, что социальные консультации по законопроекту могут начаться «в течение нескольких недель». JVSZ ожидает публикации проекта до конца октября и голосования в ноябре. При таком графике новый налог может вступить в силу с 1 января 2027 года.